Актриса - это всегда больше, чем женщина


В главной роли — заслужен ная артистка России Ирина Мосунова. Ее героиня Ли­­дия Мартин — на гребне успеха, звезда, прима. Понимая, что самые яркие творческие годы позади, она принимает решение покинуть сцену. И вот — прощальный спектакль, ее последний «Вишневый сад». За несколько минут до «начала конца» перед ней, по сути, проходит вся жизнь.


Являются люди из прошлого, настоящего, будущего, и каждый торопится выяснить отношения, сказать несказанное, понять непонятое. Муж бывший и муж «предстоящий», дочь, с которой так и не удалось толком поговорить, а она уже выросла, коллеги, среди которых есть и преданные поклонники, и явные недруги. В 
пьесе отсутствует деление на плохих и хороших персонажей. Те, кто когда-то обидел и обиделся, остаются любящими. Те, что злы и мстительны, оказываются ранимыми в душе. Главная героиня сама далека от идеала. Она прошла все ступени победы, отчаянно боролась за свое место под светом рампы и знает цену успеха. Артисты боятся не смерти, а забвения.

В роли Лидии Мартин Ирина Мосунова как будто добрала те оттенки характеров, которые в ее собственной сценической судьбе не присутствовали или почти не присутствовали. Она по большей части исполняла исключительно позитивные роли: не упрощенные, отнюдь, но, скажем так, без внутренней стервозности. Ее амплуа — женщины цельные, страдающие, глубокие. Все эти эпитеты подходят и к
Актрисе, но здесь образ многограннее. В ней уживаются противоположности. Доброта, отзывчивость, благодарность сменяются жесткостью и нетерпимостью. Мягкая и нежная, она легко позволяет себе грубости. Но в любом обличье сохраняет обаяние! Женщине с истинно артистической натурой грим не обязателен, когда вся душа играет.

Екатеринбургская актриса исполняет роль Актрисы столь убедительно, словно это рассказ про нее саму. Тот случай, когда в восприятии зрителей стирается грань между действующим лицом художественного произведения и человеком, его воплощающим. Мы как будто находимся на прощальном бенефисе самой Ирины Мосуновой. Естественно, это не так, наверняка впереди у
замечательной артистки интересные новые спектакли. Но данная роль для нее этапная, здесь удалось достичь высочайшего уровня вживания в образ.


Если бы у спектакля существовал подзаголовок, он мог бы быть таким: «Закулисье». Зритель видит и слышит то, что обычно остается для него скрыто. Происходит погружение в стихию театра, намеренное разоблачение театрального таинства. «Приготовьтесь, до начала спектакля осталось пять минут!». Мелькают помрежи, гримеры, продюсеры. Режиссер не появляется среди действующих лиц,
но его присутствие ощущается незримо, как извечная оппозиция артиста и постановщика.


Образ сценический органично соединен с образом постановочным (режиссер — Александр Баргман, художник — Владимир Кравцев). Вот вам сцена, вот закулисье, а есть еще зрительный зал. Те люди,
которые нас окружают, не уходят навсегда: отыграв свою роль, они временно словно остаются за кулисами нашего существования. Сидят в сторонке рядком и поджидают своей очереди: муж, дочь, друг, враг; готовы тут же явиться на сцене жизни, как только незримый режиссер судеб призовет:
«Ваш выход!».


Актриса же легко преодолевает барьер этих разных миров: как только отгремели три звонка, она на краткий миг оказывается на сцене, чтобы прожить чужие жизни, которые представляются порой ярче, интереснее и даже важнее своей…


Культура Урала №5 (41)

Автор: Марина Романова

май 2016